Руководитель артели «Сияние» Шамиль Патхудинович Гаджиев

В Чукотском автономном округе, где сосредоточены несметные природные богатства, и который занимает 4,2 процента всей территории России, живут всего 50 тысяч человек. То есть полуостров, имеющий выход к двум океанам — Северному Ледовитому и Тихому, омываемый тремя морями — Восточно-Сибирским, Чукотским и Беринговым, практически не освоен. Хотя в советское время здесь очень активно добывали золото. Так, в 1974 году на Чукотке было добыто более 36 тонн благородного металла. Сегодня золотодобыча — единственная промышленная отрасль в ЧАО — возрождается. Рудные месторождения разрабатывают четыре компании, 15 артелей ведут добычу россыпного золота. И одна из успешных — ООО «Артель старателей «Сияние». Уровень добычи здесь неуклонно растет — в нынешнем сезоне добыты рекордные 518 килограммов драгоценного металла.

Артель «Сияние» начала свой путь в 2001 году, ее бессменный руководитель — Шамиль Патхудинович Гаджиев. И год от года старатели методично наращивают уровень добычи золота. К примеру, в 2012 году было добыто 181 килограмм, в 2014-м — 352, в прошлом, 2017 году — уже 450, а результатом сезона 2018 года стало 518 килограммов драгметалла. «Сияние» работает в Билибинском районе Чукотского автономного округа, ведет добычу на двух месторождениям — в долинах рек Левый Каральвеем и Майнгы-Пауктуваам по четырем лицензиям, в течение всего сезона работают 12 промприборов, численность коллектива достигает двухсот человек.

Это  сухая статистика, но за ней стоят самоотверженный труд старателей, преодоление сложнейших природных условий, стремление к новым рубежам. При этом артель обладает громадным потенциалом, готова увеличить объем добычи, но недостает новых лицензий на освоение новых месторождений. И это сегодня основная проблема для старателей.

 — Мы могли бы значительно нарастить объем добычи, — говорит Шамиль Патхудинович. — Для этого у нас есть все. В артели большой парк техники, который мы постоянно обновляем, сплоченный коллектив, мы успешно осваиваем и внедряем передовые технологии добычи, приобретаем высокопроизводительные приборы. Так, у нас не первый год используются промприборы ППМ5 и ГГМ3 производства Магаданского механического завода. Они имеют более совершенную схему обогащения песков по сравнению с гидроэлеваторными приборами ГЭП. Эта установка кроме основного шлюза глубокого наполнения оснащена шлюзами среднего наполнения. Таким образом мы весьма ощутимо увеличили выход металла после промывки.

Шамиль Патхудинович прав, артель «Сияние» действительно известна в округе своим стремлением к внедрению самых современных приборов и технологий, своими новаторскими идеями. Все, что появляется нового и передового в золотодобыче, неизменно используется в артели.

Так что же мешает артели значительно увеличить объем добываемого золота? Ответ прост — аукционы на право пользования участками недр в Билибинском районе проводятся редко. В принципе, оно и понятно — после того как агентство «Роснедра» провело реорганизацию в своих региональных структурах, число специалистов на местах резко уменьшилось. Между тем подготовка аукционов — дело весьма хлопотное, требующее кропотливой работы и больших временных затрат.

Сегодня, когда горнодобывающая отрасль возрождается, как воздух нужны новые лицензии, а их-то как раз и не хватает. Но все же в конце 2016 года аукционы состоялись. И артель «Сияние» выиграла лицензию на разработку Чернынейвеемского золото-россыпного узла. Он состоит из семи недоработанных в свое время месторождений, но запасы там обнадеживающие, причем по категории С1. По лицензионному соглашению артель должна приступить к работе в 2020 году, но на одном из участков (ручей Медвежий), подготовительные работы велись уже в нынешнем сезоне.

В прошлом уже отрабатывались и остальные шесть месторождений, промывка там началась довольно давно. Но старатели рассчитывают добрать все, что можно, и с неплохим результатом. А вот приобретать лицензии в других районах ЧАО для артели нерентабельно. «Сияние» ведет добычу в центральной части Чукотки, а если взять лицензии в других районах (а расстояния здесь огромные при полном бездорожье), то переброска людей, а главное, тяжелой техники, резкое повышение себестоимости добычи уничтожат любую прибыль.

IMG 1717

Возникает вопрос: а нельзя ли нарастить уровень добычи на уже имеющихся участках?

— В принципе, можно, — говорит Шамиль Патхудинович, — но в таком случаем мы очень быстро исчерпаем свои запасы, и с чем тогда останемся? Сейчас мы увеличиваем объем в основном за счет того, что наши геологи постоянно ведут в границах нашего горного отвода доразведку, приращиваем таким образом запасы. Но наши надежды связаны с новыми лицензиями, новыми месторождениями. Основная задача артели — нарастить минерально-сырьевую базу предприятия. Тем более, что россыпи есть.

Вообще у золотодобытчиков Чукотки и других регионов Дальнего Востока возникает законный вопрос: а чем руководствуются чиновники агентства «Роснедра», Министерства природных ресурсов РФ и других ведомств, проводя организационные реформы, которые только затрудняют доступ старателей к недрам? Вводя новые правила, которые никак нельзя назвать не просто разумными, а хоть сколько-нибудь отвечающими интересам золотодобытчиков? Вот сегодня во всех золотодобывающих регионах Дальнего Востока артели крайне заинтересованы в отработке техногенных месторождений. Но, как считает Шамиль Патхудинович, это принесет гораздо больше проблем, чем золота.

 — Прежде всего, до сих пор нет определения техногенного месторождения. Сколько ни говорят об этом недропользователи, воз и ныне там. При этом, прежде чем начать мыть золото, мы должны разведать этот участок, поставить запасы на баланс, а это немалые капиталовложения. Хотя, спрашивается, что же там разведывать, если месторождение уже не раз было отработано? В прошлом году федеральное агентство «Роснедра» выпустило временное положение об упрощенной схеме оформления документов на отработку таких россыпей. Но главный камень преткновения — наличие балансовых запасов — никуда не делся. Стало быть, мы можем работать только в пределах своего горного отвода, и присоединить к нему хоть самые маленькие участки по краям я не имею права — лицензионное соглашение не позволяет. А в пределах своих отводов старательские артели давно все, что можно, прирастили и добыли.

Добавим, что даже если артель решит попытать счастья на техногенке, на согласование проектов, которых множество, уйдет не один год. Так что «Сияние» на данном этапе интересуют только целиковые россыпи.

А что касается Закона «О недрах», то не первый год золотодобытчики говорят о том, что он наполнен противоречивыми положениями, которые при этом требуется неукоснительно исполнять. Закон разбух от поправок, не отвечает требованиям времени, он попросту морально устарел. Появится ли когда-нибудь закон, который позволит работать по простым и четким правилам, которые будут отражать интересы недропользователей, а стало быть и государства? Ответа на этот вопрос никто дать не может.

Если добыча золота всегда и везде сопряжена с большими трудностями, то здесь, на Чукотском полуострове, добавляется логистическая проблема. Извечная российская дорожная беда, которая особенно остро ощущается на Дальнем Востоке, в Чукотском автономном округе создает порой непреодолимые трудности. Дорог совсем нет. Ведь на полигоны надо завезти технику с «материка», поскольку в ЧАО ничего подобного не производится. А это можно сделать только морем.

На Чукотке действуют пять федеральных морских портов Северного морского пути. Соответственно, каждое золотодобывающее предприятие выбирает тот, который для него наиболее доступен. Артель «Сияние» получает свои грузы в самом северном порту Берингова моря — Эгвекинот, расположенном в заливе Креста. Сюда приходят грузы с Дальнего Востока, в Певек — со стороны Архангельска. В принципе, можно было бы получать все грузы из порта Певек, откуда до Билибино «всего» 650 километров, что на Чукотке считается нормальным. Но дорог нет, так что все необходимое артель завозит или через Эгвекинот, или из Владивостока, откуда грузы идут в Магадан, потом автотранспортом до Нижнего Сеймчана, а оттуда уже по реке Колыме. А это тоже очень непросто.

Уровень воды в реке постоянно меняется, поскольку зависит от сброса Колымских ГЭС. Так что Колыма то мелеет до такой степени, что судоходство на ней становится невозможным, то, наоборот, делается чересчур полноводной. Есть еще небольшой речной порт в Анюйске, и часть грузов поступает через него. Но в любом случае, затраты и денег, и времени огромные, и все это удорожает себестоимость добычи, понижает рентабельность производства.

И тем не менее артель «Сияние» прочно удерживает позиции одного из самых успешных золотодобывающих предприятий Чукотки и при наличии новых лицензий готова значительно повысить уровень добычи. При этом в компании никогда не забывают про, как сейчас принято говорить, социальную ответственность бизнеса.

Генеральный директор ООО «Артель старателей «Сияние» Шамиль Патхудинович Гаджиев, как и весь коллектив, прекрасно понимает, что жителям Билибинского района, где ведут добычу старатели, не обойтись без их помощи. И артель оказывает ее землякам в весьма значительном объеме. Несколько лет назад старатели по просьбе районных властей построили зимник Билибино — Омолон, чтобы в район могли завезти топливо, другие необходимые грузы. Артель зимой содержит городские дороги, принимает участие в строительстве спорткомплекса… Помимо добычи золота, «Сияние» выполняет и другие работы — строительство и содержание дорог, ремонт жилых зданий, — здесь не принято отказываться ни от какой работы.

Но основная задача артели — добыча драгоценного металла, имеющего для страны стратегическое значение. И если для недропользователей будут созданы наконец-то благоприятные условия, то в золотой резерв России поступления от «Сияния» будут неуклонно расти.

Ольга Глазунова

IMG 1740